Среди многих тысяч лесных жуков есть знаменитые. По большей части, к сожалению, вредные: усачи, златки, короеды, долгоносики. Однако в клане жесткокрылых обитателей леса встречаются и полезные виды. И едва ли не самый знаменитый из них - ризофагус грандис, то есть ризофагус (Rhizophagus) большой.

Хотя этот хищный жук действительно самый крупный среди представителей своего рода, на самом деле не очень-то он и велик - всего полсантиметра. Прославилось это насекомое в горных лесах Грузии. И вот чем.

Ризофагус поедает яйца и личинки жуков-разрушителей деревьев. Для этого он забирается под кору в узкие ходы, проделанные вредителями, и там, в темноте и тесноте, разыскивает и пожирает свои жертвы. Именно за такое поведение его относят к числу полезных насекомых. Но полезных насекомых существует немало. В чем же причина широкой известности именно этого вида?

Дело в том, что ризофагус в лесах Грузии не водился, а был доставлен туда специалистами лесозащиты из северовосточной Европы, из мест его естественного обитания. Цель отправки «северянина» на южные курорты отнюдь не благотворительность. Хищник должен был помочь в решении серьезнейшей проблемы усыхания ельников. А усыхать они начали в результате массового распространения другого жука, на этот раз не хищного, а растительноядного со звучным названием дендроктон. Дендроктон относится к лубоедам. Он поселяется под корой в нижней части ствола и окольцовывает его своими ходами. В результате этого огромное дерево слабеет и быстро погибает. Именно такая участь ожидала и леса, окружавшие изумрудным ожерельем всемирно известный курорт Боржоми.

Страшный разрушитель хвойных насаждений тоже был «не здешним». До того он имел «другую прописку», обитая в северных и восточных районах Евразии. При желании его можно найти и на старых елях в Подмосковье. В пределы солнечной Грузии дендроктон, как полагают, проник случайно с лесоматериалами, завезенными из далеких сибирских лесов. Высвободившись из бревен, жуки-путешественники разлетелись окрест и быстро освоились на «второй родине», став настоящим бедствием для уникальных еловых лесов.